Шустер: В украинское общество вернулось эмоциональное состояние августа 1945-го: радость после победы поутихла, а унижение и страх растут

Известный телеведущий и журналист Савик Шустер приступил к работе над книгой с рабочим названием «От Кремля до Майдана. 10 лет страха, унижения и надежды Украины». На это его вдохновила книга французского политолога Доминика Муази «Геополитика эмоций», украинское издание которой с предисловием Шустера появится в апреле 2018-го.

Специально для издания «ГОРДОН» Савик Шустер передал свое предисловие к работе Муази, подчеркнув, что сразу после издания своей книги планирует запустить несколько проектов в Украине, передает УКРОП.

ЧИТАЙТЕ: Саакашвили: «После шутки про яд Путин уронил вилку». ВИДЕО

Книга «Геополитика эмоций» французского политолога Доминика Муази выйдет в апреле 2018 года в издательстве Bright Star Publishing. Это будет первая книга из серии «Выбор Савика Шустера», в которую войдут произведения, которые я отбираю, исходя из моих собственных предпочтений. В серию войдут публицистические и художественные книги, которые произвели лично на меня сильное впечатление и которые я рекомендую прочитать. К каждому изданию я буду писать предисловие.

На сайте издания «ГОРДОН» публикую русский вариант моего предисловия к книге Доминика Муази, но выйдет она на украинском. Предисловие стало первой статьей, которую я написал за последние 15 лет.

Работа Муази стала для меня знаковой, потому что именно она подтолкнула меня к работе над собственной книгой. Ее рабочее название – «От Кремля до Майдана. 10 лет страха, унижения и надежды Украины». Главное для меня как автора – донести до читателей мой взгляд на современную ситуацию в Украине и предложить пути решения проблем. А найти нужный, как мне кажется, метод для оценки эмоционального состояния народа Украины мне помогли идеи Муази. После издания своей книги я планирую запустить несколько проектов в Украине и Европе, но об этом позже.

Последний год я практически не отхожу от письменного стола – почти круглосуточно пишу и работаю над книгой, для этого пришлось прочитать десятки научных работ. Поэтому прошу простить мне долгое молчание. Иногда нужно взять паузу, чтобы потом была возможность громко сказать.

Презентовать свою книгу «От Кремля до Майдана. 10 лет страха, унижения и надежды Украины» я планирую в конце мая 2018 года на «Книжном арсенале» в Киеве.

Через несколько минут вы попадете в удивительный мир массовых эмоций, в котором мы все с вами живем, но почти ничего о нем не знаем.

Вы сразу представили массовый экстаз на рок-концерте или ярость протестующей толпы? Все гораздо масштабнее. Основатель Французского института международных отношений Доминик Муази говорит об эмоциях, которые толкают целые народы на изменение хода истории.

Невероятный мир эмоций так поразил другого француза, культового философа Жан-Поля Сартра, что он назвал его магическим в своем «Очерк теории эмоций» в далеком 1939 году. Эту магию эмоций Сартр объясняет на примере виноградной лозы: представив себя в центре треугольника Эмоция–Сознание–Мир, засаженного виноградом, Сартр тянет руку, чтобы сорвать гроздь, но не может дотянуться – не достает. Он пожимает плечами, опускает руку, бормочет: «Все равно он не спелый», – и спокойно возвращается к рабочему столу.

Но ведь только что виноград казался спелым и вполне съедобным. Сартр наделяет виноград желаемым качеством «не спелый» и даже вздрагивает от кислого вкуса во рту, чтобы разрешить внутренний конфликт и убрать напряжение. Он магически меняет мир, в котором оказался.

Думаю, Сартр мог иначе объяснить себе неудачу. Чтобы сохранить во рту воображаемый сладкий вкус спелых ягод, он мог сказать себе: «Высокие люди сделали все под себя, я не могу дотянуться!» – схватиться за топор и вырубить виноградник под корень.

Выходит, унижение, вызванное тщетной попыткой достать виноград, можно направить на созидание или разрушение.

Но магический мир эмоций Сартра – это мир одного человека. А представьте себе массу людей в треугольном (Эмоция–Сознание–Мир) винограднике. Кто они? Откуда пришли? Какие у них намерения? Мы пытаемся понять эмоциональное состояние массы людей, чтобы предвидеть ее поведение. Если они переполнены страхом, то сделают все, чтобы укрыться в винограднике и попробовать в нем выжить, если они полны унижения – могут разрушить виноградник, если объединены надеждой, то либо увидят здесь свое будущее и осядут, либо двинутся дальше в поисках лучшей жизни.

Страх, унижение, надежда – это три эмоции, которые, по Доминику Муази, обуславливают поведение масс, их судьбу и будущее территории, на которой они обитают. Автор книги пытается постичь этот мир, гораздо более сложный, чем «виноградник» Сартра. Муази проводит параллель между нашей кровью и нашими эмоциями: так же, как физическое состояние одного человека зависит от баланса эритроцитов, лейкоцитов и плазмы, – так и эмоциональное состояние масс определяется соотношением трех базовых эмоций: от баланса между страхом, унижением и надеждой зависит «здоровье мира».

Конечно, я упростил, приведя пример виноградной лозы Сартра. И Муази упростил, используя образ крови одного человека. Но в упрощении есть большая ценность: оно сложное делает понятным.

Разве именно не упрощение заставило Доминика Муази создать свою теорию массовых эмоций? Он убежден, что слишком схематичное, черно-белое видение мира Френсиса Фукуямы и Самуэля Хантингтона по-настоящему опасно. Один слишком оптимистично объявил «триумф демократии», окончательную победу западной цивилизации, второй крайне пессимистично предвестил битву цивилизаций на идеологических границах, установленных в XX веке.

Но такой одноцветный подход ведет к заблуждениям, в мире правят оттенки чувств и их полутона, убежден Муази. Именно эта убежденность вдохновила его, как в свое время великих мореплавателей, задуматься о создании новой карты мира – эмоциональной. Не по политическим или идеологическим границам, а по границам эмоций, которые испытывают массы.

Разные поколения привносят свои эмоции, приобретенные в разные эпохи. Совокупность оттенков и полутонов страха, надежды и унижения становится культурой эмоции. Поэтому Муази и подчеркнул в названии книги именно культуру страха, культуру унижения и культуру надежды.

На открытие новых земель ушли века, на понимание механизма и природы массовых эмоций, возможно, уйдут десятилетия.

Давайте подумаем над таким вопросом: какое событие XX века вызвало у человечества одну из трех базовых эмоций в абсолютном виде? Я бы ответил так: страх, несомненно, охватил планету после атомных бомб, сброшенных американцами на Хиросиму и Нагасаки. Мы до сих пор с ним живем. Унижение мир должен был почувствовать, когда узнал правду о Холокосте. Всеобщую надежду мы испытали при высадке американцев на Луну.

А можем ли мы предсказать события такого масштаба в XXI веке? Как долго угрозы глобального терроризма, массовой миграции и ядерной войны будут оставаться основными источниками страха и унижения? Произойдет ли такое событие, которое снимет эти страх и унижение, или, наоборот, воспламенит их с новой силой?

А где мы будем черпать надежду в чистом виде? Может, во всемирной борьбе женщин за равноправие или в растущей убежденности сильных мира сего, что надо уважать слабого? А может, случится что-то непредвиденное, что радикально изменит эмоциональное состояние человечества? Но конкретные события можно предсказать, только стоя перед динамической картой эмоций масс, своеобразным «эмоциональным сейсмографом».

Несомненно, критики обвинят самого же Муази в упрощении мира, но он честно предупреждает, что сделал только первый шаг к созданию теории массовых эмоций, оговаривается, что у массовых страха, унижения и надежды могут быть разные природа, причины и тончайшие оттенки.

Главным событием XXI века Муази выбрал 11 сентября 2001 года и от него отправился к составлению своей карты. Когда он называет все растущие небоскребы в Дубае и Малайзии «башнями надежды», в моем понимании, он подразумевает, что террористы разрушили в Нью-Йорке «башни надежды» всего Запада. Запад от страха ответил местью. И получил удерживаемый с трудом поток людей, бегущих от войны, чумы и голода, и новый страх, породивший национализм.

Муази окрашивает в цвет страха Соединенные Штаты и Европу. Исламский мир, вырастивший джихадистов, которые взорвали наши «башни надежды», никак не может преодолеть вековое чувство унижения и получает соответствующий преобладающий оттенок на карте Муази. Цвет надежды – основной на территориях сегодняшних Индии, Китая, вообще Восточной Азии, которые оказались на безопасном расстоянии от эпицентра извержения страха и унижения.

Какой он, цвет страха? Черный? Но в некоторых странах черный цвет обозначает радость. А надежда – она зеленая? Но зеленый – это цвет ислама, который пребывает, по Муази, в унижении. Даже цвета на эмоциональной карте пока не определены, не говоря уже о точных границах. Латинская Америка и Африка пока и вовсе остаются белыми пятнами на карте массовых эмоций у автора. Получается слишком примитивная карта, скажут критики. Но первая географическая карта мира тоже была примитивной, ответил бы я, ведь кто-то должен начать.

В Украине обострились все три эмоции: надежда, страх и унижение

Читая книгу, немного огорчаюсь, потому что эмоциональное состояние Украины, казалось бы, рядом, а Муази отказался туда плыть. Понимаю: там штормит. Я задаю себе вопрос: какое событие оказало самое сильное влияние на эмоции украинцев в XX веке? Провозглашение независимости в 1918 году? Слишком недолго продлилась надежда. Голодомор? Но это были страх и унижение в чистом виде, а событие, которое окончательно убивает надежду, не может считаться главным в эмоциональном мире. Победа над нацизмом? Но тут же последовала месть победителей. Получилось так, что победа расколола Украину, и мост над этой пропастью до сих пор не достроен.

В таком случае главным эмоциональным событием должно считаться приобретение независимости в 1991 году. В стране обострились все три эмоции: надежда, страх и унижение. До конца XX века надежда преобладала и держится до сих пор.

А какое событие может стать главным для Украины в XXI веке? Это может быть Оранжевая революция, потому что после нее родилась такая же надежда, что и в 1991 году. Но она не продержалась и года.

Может, Революция достоинства, Небесная сотня? Но ведь сразу после нее началась война: волна страха и унижения топит надежду. Я бы сказал, что в общество сейчас вернулось эмоциональное состояние примерно августа 1945 года: радость после победы поутихла, а унижение и страх от голода, разрухи и репрессий только растут.

Возможно, главным эмоциональным событием XXI века станет потеря Крыма, которая стала вехой не только украинской, но и мировой истории. Независимая Украина в границах 1991 года никогда не теряла территорий, поэтому в стране пока преобладает унижение. Но теперь все зависит от того, в какое русло направят свое унижение украинцы – созидательное или разрушительное.

Мы-то с вами знаем, что Путин вырос в ленинградских подворотнях, где «если драка неизбежна, бить надо первым» и террористов эффективнее «мочить в сортире»

Как мы видим, календарь исторических дат не всегда совпадает с эмоциональным. Если существует мир массовых эмоций – значит, в нем есть эпохи, измеряемые длительностью одной эмоциональной волны. Сколько Америка и Европа проживут в страхе перед террористами и перед бесконтрольной иммиграцией, столько и продлится одна эпоха страха.

В какой эпохе живет сегодня Украина? Я отвечаю так: она находится в самом непредсказуемом времени: на стыке двух эпох. 30-летняя борьба за независимость, которая переросла в войну, использует в качестве горючего эмоции XX века, а потеря Крыма извергает эмоциональное топливо нового поколения.

Чтобы понять, куда движется Украина, необходимо создать подробную динамическую карту ее эмоций.

Именно этим я решил заняться, прочитав книгу Муази. Но придется также составлять эмоциональную карту России, без которой сложно увидеть будущее Украины. А с Россией у Муази, как почти у всех западных гуманитариев, большие проблемы. Он описал в книге свою единственную встречу с Путиным. Это было в 2000 году на торжественном ужине во Французском институте по международным отношениям. Муази задал ему вопрос: «Какие портреты лидеров из прошлого и настоящего висят на стене в вашем рабочем кабинете?» Муази вспоминает: «Он ответил настолько быстро, что я понял: он был готов к этому вопросу. «Их три, – ответил мне Путин, – Петра Великого, Пушкина и де Голля».

Муази приходит к выводу, что Путин перестраивает Россию точно так же, как генерал де Голль – Францию, им движет унижение от американского превосходства. Но взгляд из Парижа сильно отличается от взгляда из Киева.

Мы-то с вами знаем, что Путин вырос в ленинградских подворотнях, где «если драка неизбежна, бить надо первым» (цитата президента РФ Путина из выступления перед участниками международного дискуссионного клуба «Валдай» 22 октября 2015 года), он хорошо знаком с общественными уборными, поэтому считает, что террористов эффективнее всего «мочить в сортире» (высказывание председателя правительства РФ Путина о ракетно-бомбовом ударе по Грозному 24 сентября 1999 года.), и вообще он уверен, что стал президентом России слишком поздно, так как «после Махатмы Ганди и поговорить не с кем» (эту фразу Путин произнес 1 июня 2007 года, общаясь с журналистами в преддверии саммита G8).

Чувство унижения в народе – это самая разрушительная эмоция, если ее вовремя не заметить и не направить на мирные цели

Через три президентских срока после 2000 года к унижению от американцев у Путина появилось дополнительное унижение от украинцев, которые решили жить отдельно. Он, видимо, давно расстался с мыслью перестроить Россию, но решил перекроить Украину. Конечно, глядя глазами де Голля в 2000 году, Муази и предположить не мог, что Путин, поддерживаемый своими народными массами, захватит Крым.

Интуитивно Муази заметил рост надежды среди россиян, хотя предупредил, что она растет в зависимости от роста цен на нефть. Значит, у этой надежды – эфемерная прочность. Но вот президентом стал Дмитрий Медведев, и Муази почувствовал дуновение «хрущевской оттепели», хотя нам в Киеве казалось, что там, в Кремле, все – как в хорошей французской комедии: говорят как бы голую правду, а почему-то очень смешно.

Но первопроходцу можно простить белые пятна, даже если это Украина, или заблуждения, как в случае с Россией. Муази поделился с нами двумя, я уверен, эпохальными интуитивными открытиями. Первое – он выделил три базовые эмоции, которые движут массами, а массы сегодня меняют мир. Второе – Муази поместил в эти три эмоции унижение. Вы поймете, что чувство унижения в народе – это самая разрушительная эмоция, если ее вовремя не заметить и не направить на мирные цели.

Может так оказаться, что открытие удивительного мира массовых эмоций станет не менее значительным, чем открытие основ классической физики.

Если вы хотите понять законы движения физических тел, начинать надо с Исаака Ньютона. А чтобы открыть мир страха, унижения и надежды, в котором живет человечество, вам надо прочитать Муази.

Share on facebook
Facebook
Share on twitter
Twitter
Share on linkedin
LinkedIn
РЕКЛАМА
«загрузка...
Загрузка...
В ТЕМУ
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Красный закат СССР: Почему СССР не смог понять против Запада африканские страны  

Чернокожий раб, разрывающий оковы, интернационал рабочих всех возможных цветов кожи, стонущее под гнетом белых колонистов негритянское население — сюжеты, посвященные Африке, присутствовали в советской пропаганде в течение всей истории СССР. Страна, призывавшая к объединению пролетариев всех стран, десятилетиями ожидала, что африканцы присоединятся к ее борьбе с капиталистическим Западом. Казалось, что для этого были все предпосылки, но, как и во многих других случаях, реальность оказалась сложнее, чем теории коммунистических идеологов.

Пролетарии не всех стран

Большевики надеялись на рабоче-крестьянские восстания в других странах еще до Октябрьского переворота, а с основанием Коминтерна в 1919 году эти надежды превратились в цели. Однако в начале XX века ждать массового подъема африканцев на борьбу не приходилось. Даже коммунистическую партию ЮАР, установившую контакты с советской властью, основал британец Уильям Эндрюс, а ее первыми сторонниками были белые шахтеры, настроенные весьма недоброжелательно по отношению к коренному населению.

Но пропаганда интернационализма делала свое дело: коммунистические организации как в Черной Африке, так и в странах северной части континента постепенно обретали решимость не только бороться с колониальными властями, но и избавляться от белых внутри движения. Так, к 1928 году Южно-Африканская коммунистическая партия прогнала из своего состава всех генетических европейцев. К тому времени свои объединения коммунистов появились в Алжире, Тунисе и Марокко.

Несмотря на призывы интернационала сплотиться против фашистов и империалистов (нацистская Германия в советской пропаганде называлась «самым агрессивным отрядом мирового империализма»), коммунисты Африки были слишком малочисленны и разобщены, чтобы добиться реальной власти. При этом СССР ждал создания полноценных партий, отказывая в союзничестве всем, кого заподозрили в сотрудничестве с классовым врагом. Все это изменилось, когда в 50-е годы стала рушиться колониальная система.

Красное на черном

Во второй половине XX века африканский континент пережил свой «парад суверенитетов»: за один только 1960 год в ранее колониальной Африке возникло 17 новых государств. Оставаясь экономически зависимыми от Европы, бывшие колонии боролись за независимость политическую, а по достижении оной часто ввязывались в гражданскую войну или войны с соседними государствами за пересмотр границ, установленных европейцами.

При этом стороны конфликта примеряли на себя самые разные идеологии — в том числе и коммунизм. Но, в отличие от Азии, где коммунисты все же читали Маркса и Ленина, африканские красные не отличались политической грамотностью. До них идеология большевизма дошла в куда более искаженном виде и в итоге выглядела весьма своеобразно. Немудрено — ведь после революции в России прошло уже несколько десятилетий, и многое изменилось.

В первую очередь поменялось само представление о классах угнетателей и угнетенных. Как писал нигерийский историк Модилим Ачуфузи, в глазах африканского трудящегося «буржуазия» приравнивалась к белым колонизаторам (включая европейцев-рабочих), а «пролетариат» — к населению колоний; это расовое понимание марксизма и делало его привлекательным для африканцев.

Кроме того, идеологию им транслировали не философы и экономисты, а геополитическая реальность: СССР, начинавший как непризнанное террористическое государство, к 60-м годам стал сверхсилой, победившей в войне и имеющей влияние в мировом масштабе. Серп и молот у новоиспеченных коммунистов ассоциировались не с революционной борьбой, а прежде всего с жестким и стабильным государством, военной мощью, плановой экономикой и идеологическим контролем. Все это казалось полноценной и более привлекательной альтернативой пути «белых дьяволов» — капиталистов с Запада.

Но совсем не сотрудничать с колонизаторами после веков подчинения было слишком сложно — европейцы неизбежно сохраняли на континенте экономическое влияние, контролируя торговые пути. Несмотря на то что сталинская индустриализация строилась на активном сотрудничестве с США и Великобританией, вождь народов считал, что отношений с пособниками империалистов быть не может.

Не устраивала Сталина и классовая принадлежность африканских революционеров — они однозначно были национальной интеллигенцией, то есть принципиальными врагами мирового пролетариата. Лишь после смерти вождя народов СССР отказался от догматических взглядов на бывшие колонии — они не стоили того, чтобы терять перспективы мирового влияния

В Африку отправились советские культурные и торговые миссии, а в Советский Союз — темнокожие и смуглые студенты. Новые партнеры не вступали в советский блок, но активно пользовались советскими рублями и автоматами Калашникова. Их называли странами социалистической ориентации (хотя в ранние годы такие виды социализма обозначали не иначе как термином «сектантство») и не давали полноценного членства в Совете экономической взаимопомощи.

Гвинея

«Философия нас не интересует — у нас достаточно конкретных целей», — говорил Ахмед Секу Туре, первый президент независимой Гвинеи. Хотя большинство западных источников называет его симпатизантом коммунизма, однопартийное социалистическое государство, которое он возглавлял, действительно занималось своими собственными экономическими и социальными проблемами, а не приближало мировую революцию.

Система, которой управлял Туре, во многом напоминала советский строй, однако не повторяла его. Президент принимал от СССР многомиллионную финансовую помощь и награды — например, Ленинскую премию «За укрепление мира между народами», — но много раз публично открещивался от коммунизма. Путь Гвинеи к социализму, считал он, основан на ее особенностях: крестьянской общине, прочных семейных узах и, конечно, вере в Бога — принципиальный атеизм большевиков с самого начала был препятствием для распространения их идеологии.

Без прочной идеологической связки СССР не стоило ожидать полноценной поддержки Гвинеи: несмотря на соглашения о военной помощи, советские самолеты не получили разрешения на дозаправку на гвинейских аэродромах по пути на Кубу во время Карибского кризиса 1962 года. Разрешение на посадку военной авиации дали лишь в 1975 году, когда война разразилась в Анголе.

ЧИТАЙТЕ: Лукашенко преподнес Украине неприятный «сюрприз»: Обнародован секретный документ о границе с РФ.

Ангола

Советский Союз помогал ангольским марксистам еще с 50-х. В то время страна оставалась колонией Португалии, и Португальская коммунистическая партия — местная секция Коминтерна — способствовала развитию у африканцев революционного сознания. Ключевую роль сыграла не большевистская идеология, а более характерное веяние времени — антиколониализм.

С 1961 года повстанцы в Анголе и других колониях вели с португальцами войну. Их винтовки, автоматы, пулеметы и мины были произведены в СССР или в странах Восточного блока. Когда военные левых взглядов устроили в Португалии «революцию гвоздик» и заключили мир с непокорными доминионами, борцы за независимость в Анголе тут же начали войну между собой: коммунистическая партия МПЛА вступила в схватку за власть с более либеральными и националистическими группировками, получавшими финансирование от ЦРУ. Некоторую поддержку противники СССР получали и от Китая: к тому времени геополитические пути Пекина и его «старшего брата» основательно разошлись. Также на их стороне выступали войска соседней ЮАР.

Опасаясь обострения холодной войны, советское государство не отправляло в страну солдат, а помогало только техникой и специалистами. Зато не стеснялся Запада Фидель Кастро: Куба развернула в Анголе полноценную военную кампанию. Уже в 1975 году в стране насчитывалось около 25 тысяч кубинских «добровольцев». Благодаря этому МПЛА удалось разгромить противников и установить в стране режим однопартийной диктатуры — с репрессиями, расколами в партии, борьбой с частной собственностью, коллективизацией и прочими атрибутами коммунистических стран.

Оставшиеся враги коммунизма продолжали сопротивляться. Кровопролитная гражданская война в стране длилась до 2002 года, причем велась она и после того, как МПЛА отказалась от коммунистических идей на фоне перестройки в СССР. К нашему времени противоборствующие стороны сложили оружие и перешли к политической борьбе в парламенте.

Мозамбик

Еще одна португальская колония — Мозамбик — тоже подошла к обретению независимости с многолетней историей повстанческой войны. Образованная еще в колониальное время ультралевая партия ФРЕЛИМО украсила герб страны автоматом Калашникова, что недвусмысленно показывает, на каких именно штыках она пришла к власти. Почти всю независимую историю коммунисты Мозамбика вели жестокую гражданскую войну с движением РЕНАМО, начавшимся как правоконсервативное восстание против коммунизма. Обе стороны уличали друг друга в расправах над гражданскими и других преступлениях.

Успеху социалистов в войне не способствовала политика по образу и подобию СССР: коллективизация и реформы привели к массовому голоду и зависимости от международных благотворительных программ

Но как стране «социалистической ориентации», не скованной ленинскими декретами, Мозамбику не пришлось продолжать заведомо гиблый путь, и в 1983 году крестьянскую политику пересмотрели.

Когда началась перестройка, и поток советских денег иссяк, кончился и мозамбикский коммунизм. ФРЕЛИМО сменила платформу на социал-демократическую, а РЕНАМО прекратила воевать и легализовалась — теперь это оппозиционная партия в парламенте страны. Бывшая колония остается одной из беднейших стран Черного континента.

Эфиопия

На гербе еще одной африканской страны, испытавшей на себе влияние коммунизма, нет советского автомата — зато его можно найти на городских монументах: изображенные в лучших традициях соцреализма солдаты поднимают творение Калашникова над головами.

Среди африканских стран Эфиопия, возможно, точнее всех отразила российский опыт: низвержение империи и убийство монарха, социалистическая диктатура и более 100 тысяч жертв полномасштабного красного террора

Пришедшая к власти в 1975 году хунта, известная как Дерг, получила от СССР значительную помощь в войне с Сомали и сепаратистами Эритреи, а взамен запустила полноценную коммунизацию. Массовые казни и аресты коснулись тысяч реальных и мнимых противников режима, включая и приверженцев марксистско-ленинских движений: вражда между идеологическими соратниками шла уже по национальному признаку, эфиопы боролись против сепаратизма эритрейцев. Был объявлен переход к плановой экономике, закономерно вызвавший голод и потребность в помощи западных стран.

Эфиопия была расположена близко к ключевым путям транспортировки нефти, что делало ее важным союзником СССР. Может быть, оттого так высоко оценили ее старания по достижению коммунизма: эфиопские функционеры активно общались с членами партий других стран. Штази, спецслужба ГДР, помогала коллегам из Аддис-Абебы контролировать население, а скульпторы из Северной Кореи приняли участие в постройке краснозвездной стелы в центре города.

Однако народу Эфиопии все равно не нравилась коммунистическая политика. Режим Менгисту Хайле Мариам, главы сначала хунты, а потом компартии, рухнул, ему пришлось просить убежища у диктатора Зимбабве Роберта Мугабе. Заочно осужденный на смертную казнь Менгисту живет там до сих пор.

Мусульманские государства

Успехи красной идеологии в Черной Африке не назовешь внушительными — но еще меньшего удалось достичь на Ближнем Востоке. Коммунисты имели некоторую популярность за счет своего антиколониального пафоса, но им оказалось не под силу разрушить устои исламского общества.

Компартии, созданные в арабских странах при поддержке СССР, не снискали большой популярности. Да и тот успех, которого они достигали, мог исчезнуть в мгновение ока

Так, например, произошло с коммунистами Ирака, «старшие братья» которых, социалисты-баасисты, в какой-то момент просто выдавили их в нелегальное поле.

Впрочем, Советский Союз все равно участвовал в политике региона. Сначала он поддержал создание государства Израиль, а затем изменил свою позицию, вернувшись к антисионизму: еврейский национализм большевики считали частным случаем буржуазного шовинизма.

Южный Йемен стал единственной страной региона, где коммунистическому правительству удалось получить власть. Оно сделало немало: уравняло мужчин и женщин в правах, запретило паранджу, насильственные и договорные свадьбы и браки с детьми, вывело религию из образования, а шариат — из законов. Социалистический период длился более 20 лет, но за это время искоренить племенные предрассудки не удалось. В итоге как только стабильность государства нарушилась из-за экономических трудностей, принадлежность политиков к разным племенам снова стала играть важную роль.

Сейчас лишь немногие йеменцы тоскуют по тем временам. В 1990 году страна воссоединилась со своей северной частью, и левые движения там стали так же непопулярны, как и во всем регионе.

Палестина и другие

Получив власть, йеменские марксисты установили дипломатические отношения с Советским Союзом, Китаем, Кубой… Были в этом списке и не столь далекие соседи, а именно Организация освобождения Палестины (ООП). Объединение, представляющее палестинских арабов, сейчас превратилось в легальную политическую партию.

ООП противопоставляет себя другим «борцам с сионистами» — исламистским группировкам, но до конца 80-х в нее открыто входили террористы социалистических взглядов. В их числе — организация ФАТХ, лишь в 1988 году официально отказавшаяся от нападений на мирных жителей. Ее боевики, известные захватами самолетов и совместными терактами c немецкой «Фракцией Красной армии», не только получали от СССР взрывчатку, оружие и деньги: многие из них бесплатно учились в Советском Союзе.

Бойцы первой линии «борьбы с мировым сионизмом» (именно на вражде с Израилем, врагом арабов и союзником США, сошлись палестинцы и большевики) проходили многомесячную практику в лагере в Крыму. Учились тактике, минно-подрывному делу, разведке и диверсиям и всему прочему, что полезно для военного дела.

Вместе с ними в 165-м учебном центре вблизи Симферополя учились солдаты из многих южных земель: набираться премудрости приезжали из бывших португальских колоний (Анголы, Португальской Гвинеи, Мозамбика), стран «социалистической ориентации» и даже таких государств, как ЮАР, где коммунисты были на нелегальном положении и вели партизанскую войну.

Крушение идеалов

Одновременно с развалом социалистической империи красные флаги предсказуемо спустили по всему миру. Африка и Ближний Восток — возможно, самые наглядные примеры того, как коммунистическая идеология с самого начала была лишь удобным способом получить международную поддержку в преследовании собственных политических целей. За спавшей красной вуалью обнаруживались националистические движения — панафриканские, панарабистские или на уровне страны.

Даже тем африканцам, кто называл себя марксистами-ленинистами, скорее понравился бы не ленинский интернационализм, а взгляды другого российского политика — татарского коммуниста-исламиста Мурсаида Султан-Галиева. В рамках установленной марксистами системы угнетателей и угнетенных он предлагал то, что позднее стало общим местом для социалистов: привлекать на свою сторону прежде всего не рабочий класс, а национальные меньшинства, якобы пострадавшие от колонизаторов. Султан-Галиев доходил до того, что предлагал вовсе не пускать к управлению представителей «наций-угнетателей» и поощрять такие течения, как пантюркизм — большевистской идеологии равноправия народов это не слишком противоречило.

В 1928 году Султан-Галиев был арестован и осужден на десять лет лагерей, а в 1940-м расстрелян за контрреволюционную деятельность и «национал-уклонизм» — внутри своих границ сталинский СССР был способен отличить настоящих коммунистов от еретиков и устранить их.

Но вне границ бывшей Российской империи сил на подавление инакомыслия просто не хватало, и идеологию на экспорт ее «покупатели» использовали так, как им было угодно

Коммунистических сил в Африке предсказуемо не осталось: партии либо переквалифицировались в социал-демократические, либо закономерно растеряли всех сторонников. Неясно, можно ли вообще полагать, что у африканских народов была мечта о всеобщем равенстве, но памятники этой мечте до сих пор возвышаются над их городами.

Автор: Степан Костецкий

ИСТОЧНИК

Первые результаты: В Эстонии скончались двое вакцинированных, еще в 90 случаях у людей возникли побочные эффекты

В трех письмах в Лекарственный департамент описывается стрессовая реакция, возникшая через 10-40 минут после вакцинации. Также речь шла об ощущении жара, потоотделении, нарушениях чувствительности, треморе, нарушении равновесия, повышении аппетита, головокружении. В одном случае человек нуждался в лечении. Все побочные эффекты прошли.

Расстройства чувствительности лица (онемение кожи лица, губ или языка, мурашки, зуд) описали в шести случаях. Симптомы исчезли через несколько дней без лечения.

Потеря чувствительности к вкусам (к горькому, сладкому или полная потеря вкуса) имела место дважды. Местные побочные эффекты включали в себя боль в месте укола, отек, покраснение, боль в руке и ее онемение.

ЧИТАЙТЕ: «Слуги народу» розповіли, за скільки і коли українці зможуть зробити щеплення вакцинами від Covid-19

Из несерьезных системных реакций — головная боль, головокружение, плохое самочувствие, слабость, бессилие, сонливость, тошнота, температура, озноб, жар, боль в мышцах, боль в суставах, боль в спине, чувствительность в пояснице, отек и боль в лимфатических узлах, боль в горле, насморк, реактивация герпеса, учащенное сердцебиение, тяжесть в груди. Все люди пришли в себя за пару дней, сейчас с ними все в порядке.

По данным Лекарственного департамента, все вакцины могут вызывать легкие местные реакции и общие симптомы (головная боль, температура, усталость). При необходимости эти реакции можно облегчить обезболивающим или холодным компрессом. При температуре и слабости нужно отдыхать. Как правило, недомогания проходят за пару дней.

На прошлой неделе в Эстонии стали вакцинировать пожилых людей из домов попечения

В Лекарственный департамент отправили два письма, в которых у пожилых описывалось плохое самочувствие и слабость. В одном случае у пациента появилась температура, и из-за ухудшения общего самочувствия его госпитализировали. Также Лекарственному департаменту известно о двух случаях смерти вакцинированных пожилых людей (85 и 91 год). Побочных эффектов после вакцинации у них не возникло (в том числе температуры и рвоты) и, по оценке врачей, в этих двух случаях  связи с вакциной нет.

Почтенный возраст не является противопоказанием к вакцинации. С учетом возраста госпитализированных можно наблюдать, что коронавирус в первую очередь поражает пожилых людей, поэтому в исследования вакцины также включались люди с хроническими заболеваниями старше 65 лет.

Обычные побочные эффекты (температура, тошнота и рвота) могут ухудшить состояние доживающих последние дни людей с синдромом старческой астении и плохим общим самочувствием и в случае тяжело больных стариков ускорить наступление смерти.

В таких случаях медики тщательно оценивают риск и пользу вакцинации. Если случается, что человек умирает сразу или через некоторое время после вакцинации, в каждом случае оценивается, могла ли вакцинация отрицательно повлиять на тяжелые хронические заболевания или пациент ушел из жизни из-за болезни. В Лекарственный департамент отправляется сообщение, если работник сферы здравоохранения считает возможной связь с вакциной.

  1. ИСТОЧНИК: postimees.ee

Ученые определили признак скорой смерти от коронавируса

Ученые Медицинской школы Вашингтонского университета в Сент-Луисе нашли способ определить, у каких пациентов с COVID-19 высокий риск развития осложнений. Об этом сообщается в статье, доступной в репозитории препринтов bioRxiv и принятой к публикации в журнале JCI Insight.

В исследовании приняли участие 97 пациентов, зараженных коронавирусом SARS-CoV-2, у которых взяли плазму крови для выявления свободно циркулирующей митохондриальной ДНК (мтДНК). мтДНК служит индикатором гибели клеток, вызванной вирусной инфекцией и тяжелой реакцией иммунной системы, и относится к так называемым молекулярным фрагментам, ассоциированным с повреждениями (damage associated molecular patterns, DAMPs). Показано, что уровень мтДНК резко возрастает во время сепсиса, геморрагическом шоке и ишемии.

ЧИТАЙТЕ: «Украины точно не будет, а у нас будет вся Новороссия»: Пушилин после праздников заговорил о захвате регионов Украины

Оказалось, что уровень митохондриальной ДНК был высок у пациентов, которые в конечном итоге были помещены в отделение интенсивной терапии, а также имели высокий риск скорой смерти. Эта связь не зависит от возраста, пола пациента или хронических заболеваний. В среднем, уровень мтДНК был в 10 раз выше у тех, у кого развилась тяжелая дисфункция легких или кто умер от осложнений. Увеличение количества мтДНК увеличивало риск интубации в шесть раз, интенсивной терапии — в три раза и смерти — в два раза.

Тест на митохондриальную ДНК лучше предсказывал состояние пациентов, чем анализы на другие маркеры, которые указывают на системное воспаление. мтДНК демонстрирует воспаление, специфичное для гибели клеток и несущее угрозу для жизни пациента. Кроме того, тест не требует сложного и дорогого оборудования и может проводиться так же легко и быстро, как и ПЦР-анализ. Однако еще стоит провести более масштабное испытание метода, прежде чем получить одобрение FDA.

Газ подешевеет не для всех: Украинцев предупредили об обмане с тарифами

Газ подешевеет не для всех: Украинцев предупредили об обмане с тарифами

Снижение стоимости газа в Украине будет касаться не всех потребителей, а только тех, кто использует газ как отопление. «Все, что…
«Не виноватый я»: Дубинский заявил, что он порядочный человек

«Не виноватый я»: Дубинский заявил, что он порядочный человек

Украинский политолог Виктор Бобыренко пишет у себя в Facebook, бывший журналист, одиозный нардеп «Слуги народа» Александр Дубинский дал пресс-конференцию по…
ЭКCПЕРТЫ

Кто следующий: Кого уволит Зеленский?

ЧИТАЙТЕ: Вашингтон и ЕС в ярости: Навальный опять под арестом

Портников: Россия демонтирует международное право

Решение ЕСПЧ по иску Украины против России относительно фактического контроля над аннексированным Крымом вновь продемонстрировало, что в современном мире существуют…

Что случится, если весь лед на Земле растает за одну ночь

Глобальное потепление постепенно нагревает атмосферу нашей планеты, из-за чего ледники во всем мире тают постепенно и неотвратимо. Но что, если…